20:26 

Эрик Леншерр

Soulless coon
Название: веди войну свою
Автор: Soulless coon
Фандом: X-men
Персонажи: Эрик Леншерр, Чарльз Ксавье
Жанр: драма, ангст, слэш
Рейтинг: R
Размер: мини
Описание: Выдуманная история становления Эрика Леншерра



Был конец зимы, и Эрику было холодно в одном свитере и рубашке. Но он видел, что снег местами уже начинает таять, скоро станет теплее, а значит, это не самый плохой день для побега. Тем более он был взволнован перед тем, что ему предстояло сделать, физические ощущения отодвигались на второй план. Ожидалась воздушная атака на их базу, поэтому они переезжали. Эрик стоял около машины, ожидая, когда их погрузят внутрь. Рядом с ним стоял его друг, Алан. Он был тоже пленником у Шоу из-за своих способностей. Эрик сделал несколько шагов в сторону Алана и придвинулся к нему совсем близко, что даже услышал, как дрожат его зубы.
- Когда мы отъедем на достаточное расстояние от базы, я попробую использовать способности, чтобы мы сбежали, - прошептал Эрик. Алан, услышав его слова, даже вздрогнул.
- Нет, не смей! Будет только хуже! – громким шепотом ответил он. Эрик обернулся, но никто из взрослых не обращал на них внимания, поэтому он продолжил.
- Твои способности нам помогут, поэтому вместе мы справимся.
- Нет, нет, нет! Ты что из ума выжил? Мы не сможем! У них винтовки!
- Я ненавижу их всех, каждого, мне их оружие не страшно. Мы точно справимся.
Алан попятился назад на несколько шагов. Он выглядел испуганным и раздраженным, его нервный тик, появившейся недавно, усилился. Эрик подошел к нему снова.
- Даже если у тебя получится, то, что тогда? Куда мы пойдем? Нас все равно поймает кто-нибудь, и тогда уж точно убьют.
- Мы сбежим куда-нибудь. Без твоей помощи я могу не справиться. Тем более я хочу помочь тебе и бежать с тобой, - он с надеждой посмотрел на своего друга, но тот только нервно качал головой. Эрик никак не мог его понять, как Алан может не хотеть сбежать отсюда? Эрик схватился за первую же представившуюся возможность, и ожидал того же от Алана.
- Мама говорила, что лучше в темноте с другом, чем одному на свету, - уже не зная, что придумать, сказал Эрик. При упоминаниях о матери обычно у него на глазах появлялись слезы, но сейчас Эрик сдержался.
- Какую-то чушь несешь, которая еще и не в тему! Темнота, одна темнота теперь только, никакого света. И лучше попытаться остаться живым в этой темноте.
- Я и говорю, мы с тобой…
- Прекрати!
Алан отвернулся от него. Эрик хотел продолжить, но заметил, что один из солдат смотрит в их сторону.
Их погрузили в машину. С ними в кузове сидели двое солдат, впереди водитель и кто-то еще. Эрик предполагал, что сам Шоу. Им связали руки, но это не могло их сдержать. Что происходит снаружи, видно не было, но Эрик старался вслушиваться. Сначала они ехали явно через какой-то населенный пункт. Был слышен шум транспорта, голоса людей, лай собак. Когда звуки прекратились, Эрик понял, что скоро можно будет начинать. Он решил досчитать до тысячи, подождать, пока они отъедут достаточно далеко. Он ни разу не использовал так масштабно направленно свои способности. Прежде чем начать, он еще раз посмотрел на Алана, но тот не ответил на его взгляд. Сначала он смог незаметно направить кусок железной пластинки так, чтобы разрезать веревки. Он не знал, как устроены машины, поэтому действовал практически наугад. Низ машины вдруг начал скрипеть, детали расшатываться и вылетать, а стены буквально стали скручиваться и деформироваться. Машину занесло, она начала расшатываться из сторону в сторону и подпрыгивать, будто на кочках. Эрик не сумел ни за что ухватиться, его отшвырнуло к противоположной стенке, он услышал хруст и почувствовал острую боль в плече. Машину куда-то несло, ее переворачивало, трясло, казалось, абсолютно хаотично. Эрик не ожидал, что все случится именно так, этот момент был настолько страшным, что Эрик на всю жизнь запомнил страх смерти. Все закончилось, когда машина завалилась на бок, проехавшись еще по земле в таком виде. Пока продолжалась эта ужасная тряска, Эрик не мог никого рассмотреть, но сейчас он увидел, что Алан создал защитный барьер вокруг себя одного и был невредим, один солдат, кажется, сломал себе шею, другой, как и Эрик, повредил себе руку. Солдат потянулся к оружию, которое он выронил, но Эрик откинул его в сторону. Эрик выпрыгнул из кузова, и Алан на этот раз последовал за ним. Солдат попытался тоже, но Эрик деформировал за собой дверь, что через нее было не выбраться. Изнутри было слышно, как он колотится об дверь. Снаружи машина дымилась. Алан сразу отбежал от нее, но Эрику нужно было знать, что случилось с остальными. Водитель и второй пассажир явно оба были мертвы. Судя по одежде, это был не Шоу. Но Эрику нужно было убедиться наверняка. Машину уже начал охватывать огонь, но Эрик залез внутрь, чтобы перевернуть голову мертвеца лицом к себе. Это действительно был не Шоу. Когда Эрик вылезал из машины, она уже на треть была охвачена огнем, а оставшейся в живых солдат истошно орал.
- Пойдем, Алан, нам нужно быстрее бежать, пока сюда не приехал кто-то еще!
Эрик протянул ему здоровую руку, но в ответ Алан отшатнулся от него. Сейчас он выглядел действительно напуганным.
- Ну же, не стой, пойдем!
Алан опустился на колени на снег. Он весь сжался и, казалось, он настолько испуган, что боится даже отвезти взгляд.
- Эрик, ты убил четверых человек только что.
Эрик протянул руку еще ближе к нему, но понял, что Алан действительно с ним не пойдет. Эрик не мог понять, кто из них был плохим другом, он или Алан, но у него не укладывалось в голове, почему он не хочет уйти с ним. Ждать больше нельзя было, и Эрик побежал в сторону леса, окружающего дорогу. Он не чувствовал боли в руке до тех пор, пока не остановился.

***

Эрик и Чарльз сидели в машине Чарльза. Эрик не интересовался машинами, но знал, что эта стоила целое состояние. Наверное, это был один из способов выражения амбиций Чарльза. Эрик подумал, что возможно, будь у него не сломлена судьба еще в начале жизни, он бы выражался то же в огромном доме и спортивной машине.
- Эрик, мы друзья, и ты же понимаешь, что можешь мне довериться?
Чарльз говорил серьезно, даже убрав с губ легкую улыбку, которой подкреплялось большинство его слов. Он посмотрел Эрику в глаза, как и требовал поднятый им вопрос. Эрик считал доверие вещью бесполезной и даже опасной, но Чарльз действительно вызывал его. Он так легко назвал Эрика другом, но Эрика это почти не удивило. Он и сам мог бы назвать его другом. Казалось, Чарльз был абсолютно не похож на него, но было что-то, что их объединяло. Эрик не хотел вдумываться в детали, но ему нравилось это новое для него чувство. Хотелось его сохранить.
- С твоими способностями тебе кто угодно может довериться.
Эрик тоже поднял на него взгляд. Чарльз еще какое-то время смотрел на него, потом отвел глаза и немного улыбнулся. Но тут же его выражение лица снова стало серьезным.
- Что будет, когда мы найдем Шоу? Что ты сделаешь?
Эрик не понимал, зачем Чарльз хочет обсудить с ним столь очевидные вещи. Если он хотел отговорить его, то значит, он не настолько хорошо его знает. Видимо он не соврал, когда говорил, что не будет лезть в его голову. И если Чарльз действительно не понимает, каким он является монстром, то пусть так оно и будет.
- Думаю, ты догадываешься.
- Эрик, пойми, не нужно концентрироваться на его убийстве, это здесь не главное. Подумай о том лучше, сколько жизней мы спасем, когда его остановим. Сколько ни в чем не повинных людей смогут продолжать жить спокойно, в нашей задаче именно это главное.
Чарльз немного повысил голос, когда это говорил. Казалось, это его очень волновало. Эрик не мог ему прямо сказать, что ему абсолютно все равно, поможет ли кому-нибудь смерть Шоу или навредит. Но врать Чарльзу он тоже не собирался.
- У каждого свои причины убить его. Главное, что цель у нас одна.
- Остановить его, а не убить, Эрик. Подумай над моими словами.
Голос Чарльза становился раздраженным. Это пугало Эрика, он боялся, что Чарльз может отвернуться от него. Он старался этого не показывать, и надеялся, что Чарльз этого не понимает благодаря своим способностям.
- Я подумаю, Чарльз.

***

Война кончилась. Эрик смог успешно скрываться до самого ее конца, смог и дальше. В детский дом Эрик идти не собирался. Разве можно было его, пережившего и видевшего столько ужасного, причислять к детям? Да и был ли там хотя бы один ребенок не взрослее даже самого мудрого взрослого в мирное время. В приемную семью он бы тоже не пошел. Другой семьи у него больше никогда не будет.
Сначала Эрик скрывался один, потом к нему присоединилась Зельда. Она была тощей и смуглой, с цепкими пальцами и горящими глазами. Сначала Эрик думал, что она не доедает или больна, но даже когда у них было достаточно еды, она не набирала в весе, да и болезно слабой она не была. Казалось, ее ярость кипит и пожирает ее изнутри подобно оголодавшему зверю.
Когда они впервые встретились, она сказала:
- Когда они пришли в мою деревню, мать спрятала меня под корытом. Они пробыли там три дня, а я так и сидела там. Они убили всех. Меня не нашли, но иногда, когда кто-то заходил в сарай, я видела их через дырку и запоминала. Управлял всеми майор Густав Баер. А кого хочешь убить ты?
Они переходили из города в город. Искали работу, которой было в то время полно, но платили гроши. Наверное, не было простой работы на которой бы не пробовался Эрик. Им нужны были деньги. Зельда говорила, что у нее есть зубы и когти, ее уже никто не сможет взять голыми руками, но те, на кого они охотятся, вооружены, поэтому и им нужно оружие и средства. Она говорила, что у Эрика уже есть преимущество. Когда Эрик сказал, что не может хорошо управлять своими способностями, Зельда засмеялась, и сказала, что его преимущество – это то, что он уже может убивать.
Они не были друзьями, Зельда ему даже не нравилась. Его раздражали ее острые колени и локти, которые впивались ему в спину, если они спали рядом, не нравилось, что она такая неопрятная для девочки, пугали ее через чур резкие речи. Но, тем не менее, он ее уважал, а этого было достаточно для совместного сосуществования.
Однажды Эрик увидел, как к Зельде престает какой-то пьяный мужчина. Эрик не знал, что делать, но это все казалось очень неправильным. Он решил вступиться за нее. Тогда его сильно избили. Улица была людной, и Эрик не мог воспользоваться своими способностями. Зельда ушла тогда на всю ночь. Когда Зельда вернулась, она была зла на него. Она сказала, что он тупой, не нужно делать что-то ради другого в ущерб себе, не стоит помогать, когда этого не просят. Он не вправе решать за кого-то, нужна ему помощь или нет. Ей была не нужна.
Эрик долго думал над ее словами. В итоге он пришел к выводу, что она, в сущности, права. Но осознание этого омрачило его жизнь. Он решил уйти от Зельды. Сначала он думал даже не прощаться. Они всегда переходили из города в город, ни кого не предупредив. Но все же почувствовал, что с ней не может так поступить.
Эрик собирал вещи, а Зельда читала вслух газету. Они оба не окончили школу, поэтому читала она медленнее, чем полагалась. Когда он закончил со сборами, она оторвалась от газеты и посмотрела на него.
- Уходишь?
- Да. Я знаю, ты хочешь продолжать искать зацепки в Польше, я же решил отправиться на Запад.
- Понимаю. Удачи, Эрик. Но прежде чем ты уйдешь, пообещай мне одну вещь, ладно?
Зельда встала и подошла к нему. Она взяла его за плечи, больно сжав тонкими пальцами.
- Пообещай мне, Эрик, что ты убьешь Шоу. Пообещай, что твоя война никогда не закончится. Мы никогда не должны их простить, мы никогда не должны сдаться. Война поставила нас на путь войны, сделала из нас убийц, и мы должны до самой смерти следовать своей судьбе. Ты обещаешь мне?
- Я обещаю, что убью Шоу. А ты обещай мне убить Густава Баера.
- Клянусь.
Она притянулась к нему и поцеловала своими шершавыми губами. Уходя, Эрик подумал, что, наверное, Зельда не так уж ему не нравилась, но скучать он по ней не будет.

***

Эрику надоело пытаться сдвинуть с места радиовышку, поэтому он решил отвлечься и размяться. Он снял толстовку, чтобы начать физические упражнения. Он отжимался, когда заметил, что подошел Чарльз. Он остановился в десятке шагов и наблюдал за Эриком. Видимо он думал, что Эрик его не видит, но к Эрику не так уж и легко было подойти не замеченным. Закончив с отжиманиями, Эрик повернулся к нему. Чарльз улыбнулся ему и подошел ближе.
- Смотрю, ты решил пока отложить тренировки своих способностей. Есть прогресс?
- Может быть, я могу помочь?
Чарльз протянул два пальца к его виску, собираясь снова применить свои ментальные способности. Эрик резко перехватил его руку, сильно сжав запястье. Это получилось рефлекторно, Эрик не хотел быть так груб с ним. Это действие почти ввело Эрика в панику, больше всего на свете он не хотел, чтобы Чарльз узнал, кем он является на самом деле. Он не мог допустить, чтобы Чарльз считал его монстром. Обычно он не стыдился того, чтобы люди знали правду о нем, но он боялся, что узнав, Чарльз отвернется от него. Эрик противился привязываться к людям, не хотел быть зависимым от них, но дружба Чарльза была сейчас важнее многих своих принципов.
- Прости, - говорит Эрик и отпускает его руку. Чарльз на него смотрит еще какое-то время, немного удивленно и заинтересовано. Но, кажется, этот жест не задел его.
- Нет, это ты извини. Мне не стоило без твоего разрешения.
Эрик кивает ему и поворачивается к нему спиной, чтобы скрыть стресс, который он только что пережил. Чарльз сам задумывается о чем-то своем на несколько минут, потом обходит Эрика и дотрагивается до его плеча.
- Посмотри на них, - Чарльз указывает в сторону Хэнка, который показывал какое-то новое устройство Алексу, - им здесь хорошо. Я думаю о тысячи других мутантах, которых я видел с помощью церебро. Мы могли бы помочь и им.
- Не всем нужна твоя помощь.
- Я понимаю, я не собираюсь ее навязывать. Но кому-то она действительно нужна. У мутантов должно быть такое место, где они точно бы знали, что их поймут и примут.
Эрику казалось что то, что говорит Чарльз что-то из области фантастики. Объединить мутантов для какой-то цели это было одно, но делать это совершенно просто так не имело никакого смысла. Именно такая бескорыстная доброта привлекала его больше всего в Чарльзе, удивляла его и делала его в глазах Эрика каким-то нечеловеческим созданием.
- Если у тебя получится, ты сделаешь великое дело.
- Ты тоже можешь участвовать в этом, Эрик. Мы можем сделать это вместе.
Эрик не отвечает и подходит к турникету, чтобы забрать толстовку и одеть ее. Чарльз проводит его взглядом, и вдруг Эрик совершенно отчетливо понимает, что тот не просто смотрит на него, он рассматривает его. Это осознание было подобно удару молнии, вышибив из него все посторонние мысли и на секунду парализовав его мозг. Он будто бы ощущает, как у Чарльза учащенно дыхание, он понимает, что все эти улыбки и касания совершенно не просто так. Эрик поднимает на него удивленный взгляд, и будто бы в подтверждение Чарльз ему слегка улыбается. Эрик совсем не ожидал этого, он хотел дружбы и о Чарльзе в таком ключе никогда не задумывался. Сейчас он видит, глаза у него небесно-голубые, а улыбка даже очень сексуальна. Теперь с осознанием того, что хочет Чарльз, казалось, потерять его еще легче. Ему стало казаться, что если он ничего не сделает, то это действительно случится, и Чарльзу он будет не нужен.
- Чарльз?
- Да, Эрик?
Эрик медленно подошел к нему. Он осторожно провел рукой ему по щеке и взял за подбородок, вглядываясь ему в глаза, пытаясь понять, не ошибся ли он. Чарльз смотрел на него ясным внимательным взглядом, приоткрыв рот. Эрик нагнулся к нему и поцеловал. Он волновался, и казалось это выходило даже как-то неумело. Чарльз обнимает его за шею, а Эрик порывисто прижимает его к себе и прекращает поцелуй. Он прижимается лбом к его лбу, и все переживания покидают его. Он улыбается.

***

Поиски Шоу привели Эрика в Париж. Они оказались неудачными, след оборвался. Эрик сидел в баре, обдумывая, что ему делать дальше. Там он повстречал Рени. Она увидела вытатуированный номер на его предплечье и сразу подсела к нему. Она была лет на десять старше его, ей было немного меньше тридцати. Но для своего возраста она выглядело отлично. Тонкая длинноногая француженка с мягкой кожей и густыми иссини черными волосами. Она была в велюровом синем платье и дорогих чулках. От нее резко пахло духами, а сама она была окружена облаком сигаретного дыма, курила она как паровоз. Она заказала ему пиво. Рени указала своим маленьким наманикюренным пальчиком на номер на его руке и попросила рассказать об этом. Эрик редко кому рассказывал свою историю, но он и не скрывал ее. Он начал рассказывать, и каждое его слово доводило ее до поросячьего восторга, она разве что не визжала. Умолчал он лишь о своих способностях. Она говорила по-немецки, коверкая слова своим мурлыкающим французским акцентом, но если она что-то не понимала, то просила разъяснить. Ей не хотелось пропустить ни слова из того, что он ей говорил.
Рени привела его к себе домой. У нее была огромная двухэтажная квартира со стеклянным балконом прямо на Авеню Монтень, окруженная дорогими бутиками и машинами. Рени сказала, что живет совершенно одна, муж умер от инсульта пару месяцев назад. Эрик весь вечер рассказывал о своей жизни, а она пила вино и через предложение вставляла «бедный, бедный мальчик». Перед тем, как собраться уходить, Эрик попросил у нее принять душ. В ее ванной был зеркальный потолок, на полках стояли десятки косметических баночек. Когда Эрик уже собрался выключать воду, в ванную зашла Рени в шелковом голубом халате, который она тут же сбросила. Она стояла перед ним совершенно обнаженная, и Эрик не мог отвезти взгляд от ее точеного тела. Она шагнула к нему в ванную и положила его руку к себе на грудь.
Утром они проснулись в ее кровати. Эрик лежал между ее ног, положив голову ей на живот. Она курила, а он сказал, что ему пора уходить.
- Мой бедный мальчик, оставайся со мной. Ты не будешь не в чем нуждаться, а я подарю тебе то, о чем ты даже не мог мечтать. Я сделаю из тебя настоящего мужчину.
Эрика не завлекала ни возможность быть с красивой женщиной, ни ее деньги. Но сейчас он абсолютно не знал, где продолжить свои поиски, поэтому он решил остаться. Она водила его в театр и кино, по модным показам и дорогим ресторанам. Она одела его, учила манерам и вкусу, французскому и любви. Рени знакомила его со своими друзьями, с гордостью представляя всем свое новое приобретение. Эта легкая богемная жизнь была не по вкусу Эрику, но он впитывал в себя все, что она давала ему.
Рени говорила ему:
- За хорошими манерами и внешностью, ты легко можешь скрыть настоящего себя. Никто сразу и не заподозрит в тебе ничего дурного, если на тебе костюм от Кристиана Диора, и ты можешь поддержать разговор о временах года Вивальди. Ну, или хотя бы уж о погоде. Эту маску можно сорвать, только подобравшись к тебе неприлично близко.
Что было за маской, Рени Эрик прекрасно знал. Рени была грязной и избалованной, да и маска ее едва ли могла это прикрыть.
- Но запомни, зайчонок, - добавляла она, - главное для мужчины – это быть первоклассным любовником.
Эрик прожил с ней год. Рени внесла в свой вклад, теперь его было не узнать. Эрик стал увереннее в себе и сильнее, за что он был ей благодарен. За этот год у него было много времени все обдумать и решить, как действовать дальше. Он ушел прежде, чем успел ей надоесть. Когда он уходил, Рени кричала и сыпала ругательствами, называла его неблагодарным и бесчувственным. Напоследок она кинулась в него алюминиевой пепельницей, которую Эрик остановил в воздухе в сантиметрах от своего лица.

***

Эрик и Чарльз зашли в спальню. Подобная близость с Чарльзом все еще удивляла его, он боялся, что все может пойти не так. Он не торопился, целовал его скорее нежно, пытаясь запомнить каждое прикосновение. Чарльз же быстро углубил поцелуй, делая его более раскрепощённым. Чарльз стал расстегивать ремень от его джинс, и Эрик отстранился от него. Ему хотелось посмотреть на него еще раз. Он видит, как глаза его блестят, он закусывает влажную нижнюю губу. Эрик протягивает к нему руку и начинает медленно пуговицу за пуговицей расстегивать на нем рубашку. Чарльз смотрит на него уже более осмысленно, немного морщится, теперь он сам наблюдает за Эриком. Расстегнув все пуговицы, он проводит ладонью вниз от шеи Чарльза к животу. Затем снимает с него рубашку, и случайно замечает надпись Dior на этикетке. Эрик улыбается ему и едва заметно кивает, указывая на кровать. Чарльз тут же пятится назад и ложится на кровать, упираясь на локти. Эрик ложится сверху него и порывисто целует, на этот раз страстно, вжимая его в подушку. Чарльз обнимает, хватаясь за плечи, а Эрик снимает с него оставшуюся одежду.
Для Эрика их секс был необычным. Наверное, он испытывал эмоций больше. Чем с любым другим половым партнером до этого. Видно дело было в том, что к ним он был равнодушен. Чарльз стонал через чур громко, Эрику казалось это через чу напыщенным, или возможно Чарльз был эмоциональнее, чем он думал. В любом случае это возбуждало.
Обычно в правилах Эрика было сразу одеться и уйти, чтобы избежать личных разговоров, которые неизбежно следовали в большинстве случаев. Сейчас решил не уходить. Чарльз молча лежал рядом, не пытаясь ни обнять, ни как либо еще взаимодействовать с ним. Эрик положил руку ему на бедро.
Чарльз продолжал молчать, и это уже начинало беспокоить Эрика. Он хотел знать, не изменило ли это их дружбы. Если теперь они должны были стать любовниками, то возможно это только к лучшему, но Эрик боялся, что их секс сделал бы их дружбу невозможной. Сейчас он был готов на многое, чтобы Чарльз оставался с ним. Иногда он думал, а не открыться ли ему, не показать то, чем он является на самом деле и чего хочет. Может быть, Чарльз бы не отвернулся от него? Но это казалось слишком рискованным для него. Удивительно, ведь даже охота за нацистскими преступниками не казалась ему таковой.
- Эрик, может партию в шахматы? – наконец спрашивает Чарльз, совершенно обычным голосом, будто бы еще десять минут назад он не стонал под ним, вцепляясь ему в плечи.
- Давай.
И никаких разговоров о том, что между ними происходит. Но сейчас Эрику стало так спокойно, что даже тени, шедшие за ним всегда по пятам, почти не были видны.

***

Поиски зашли в тупик окончательно. Эрик понял, что ему нужны новые средства. Прежде чем пойти в МОССАД он несколько лет тренировался. Он приехал в Израиль, который ему не понравился, но которым он старался проникнуться и изучить. Святая земля казалась изможденной и далекой. Тем не менее, Эрик сумел приспособиться. Знакомств он старался не заводить, за жителями и их обычаями он наблюдал со стороны. За три года он сумел измениться куда больше, чем изменил его Париж или Зельда. Теперь он не только мог убивать, теперь он мог выслеживать, заманивать избавляться от человека так, что это можно было назвать искусством.
Он подал резюме. С ним связались, чтобы он прошел несколько тестов. Тогда ему ничего не комментировали по поводу его результатов, но Эрик был уверен в себе. Прошел еще месяц, прежде чем его снова вызвали. К комнате, где его ожидали, его вели двое вооруженных солдат. На двери кабинета было написано «Алуф-мишне Д. Левин». Это было одно из высших офицерских должностей в израильской армии, равносильное примерно полковнику. Скорее всего, он принят, решил Эрик, раз его ведут говорить с этим человеком. Когда он вошел внутрь, кабинет не впечатлял убранством, единственное, что выделялось в нем это черная металлическая табличка на стене с надписью «Поэтому с обдуманностью веди войну свою».
Полковник Левин оказался невзрачным лысеющим мужчиной ближе к пятидесяти. Он что-то быстро писал в ежедневнике, но когда вошел Эрик, сразу отложил свои записи и внимательно посмотрел на него. Заговорил он с энтузиазмом, голос у него звучал даже чуть-чуть весело.
- Присаживайся, пожалуйста. Эрик Леншерр, правильно? Достойные результаты, сложная биография, впрочем, не отличающиеся от историй других моих ребят. Почему ты хочешь работать здесь, мне совершенно ясно, ты хочешь возмездия. Не перебивай, я понимаю, это так. Также я понимаю, что ты станешь на совесть выполнять все, что от тебя требуется, ради того момента, когда мы поможем найти тебе того человека. Я не буду сомневаться в твоей компетентности. Мы привыкли воспитывать своих ребят самостоятельно, обычно я ищу людей, которые испытывают отвращение к убийствам, но которых можно обучить убивать. Ты, кажется, уже обучен всему, но не нами, в этом может быть загвоздка. Впрочем, я не вижу в этом большой проблемы, думаю, мы с тобой еще сможем поделиться опытом друг с другом, и найти волну, по которой мы смогли бы плыть вместе. Но ты, Эрик, одинокий волк, голодный, злой и опасный. Хороши ли эти качества для нашего дела? Далеко не всегда. Сейчас я ищу лису, хитрую и изворотливую, способную проникнуть в любой курятник, но при этом обладающей честью и моралью, способную во время остановиться. Хорошо я сказал, а?
Эрик кивает. Он ждет продолжения, но полковник Левин молчит, изучающе рассматривая лицо Эрика.
- Ты готов стать для нас такой лисой, Эрик? – голос вдруг стал у него контрастно серьезный.
Эрик очень внимательно посмотрел ему в глаза, и, не отводя взгляда, ответил:
- Я готов стать хоть цирковым пони, алуф-мишне. Я готов быть таким, каким нужно вам, чтобы я был, если в итоге я смогу найти Шоу.
Полковник рассмеялся. Он подошел к Эрику и похлопал его по плечу.
Эрика приняли. Полковник Левин оказался самым приветливым из всех, кого он видел. За годы работы он встретил и Зельду. Она была одета в черное, а на голове платок. Эрик так и не понял, работает она здесь или нет, они почти не поговорили, хотя встретили друг друга как старые друзья. Она выросла, но осталась такой же тощей и с таким же горящим взглядом. Эрик смотрел на нее, и понимал, что ей долго не прожить, ее ярость сжигала больше не окружающих, а ее саму.
Эрик показал себя. Ему не доверяли дел, связанных с внешней политикой Израиля, он занимался только поиском нацистских преступников, но он стал отличной лисой.

***

Чарльз проснулся очень рано, еще только начинало рассветать. Но Эрик уже давно не спал. Сегодня они должны были, наконец, отправиться убивать Шоу, и все было спокойствие, которое смог подарить ему Чарльз, ушло от него. Эрик был встревожен, но к чувству тревоги была примешана уже знакомая по прошлым делам ядовитая радость.
Чарльз сел на кровати и притянулся к Эрику, чтобы поцеловать его. От этого жеста Эрику стало не по себе.
- Эрик, ты мне так и не ответил, что будет, когда мы найдем Шоу.
Эрик чувствовал, что этот вопрос становится началом пропасти, которая должна образоваться между ними.
- Давай не будем об этом.
- Хорошо, не будем. Тогда скажи мне, что будет потом, когда ты убьешь его?
Голос Чарльза стал холодней, а слово «убьешь» Чарльз произнес с какой-то истерической ноткой. Наверное, он хотел, чтобы Эрик оспорил его.
- А что потом? – переспросил его Эрик.
Чарльз поднялся с кровати и подошел к окну. Он не смотрел на Эрика, но ему показалось, что взгляд его погрустнел.
- Ты мог бы остаться. Я планирую, открыть школу для мутантов, мы могли бы это делать вместе.
Неужели Чарльз мог принять и таким? Эрику не верилось. Он подошел к Чарльзу и обнял его со спины.
- Эрик, убийство Шоу не принесет тебе мира
Эрик отодвинулся от Чарльза и посмотрел ему в глаза. Он смотрел на него и не понимал, почему для него Чарльз казался таким важным. Это было все еще так, но теперь перед таким близким выполнением своей цели, это отодвигалось все на второй план.
- Мир - не моя цель, Чарльз.
И война Эрика никогда не закончилась.

@темы: писательский флэшмоб, иллюзия черных носорогов, Эрик Леншерр, Магнето

URL
   

Протокол о вскрытие №312

главная