15:40 

Альбенс

Soulless coon
Автор: Soulless coon
Фандом: World of Darkness
Персонажи: Горатрикс/Альбенс
Предупреждения для самой себя: перечитывать с осторожностью! Слишком гейски и сопливо, могу ращочароваться сама в себе!


Острый, как обглоданные кости, за мной стоит Собор Святой Варвары. Не мое сравнение, Горатрикса, он сказал тогда, что собор похож на костяную корону. Мне понравилось его сравнение, я решил, что он будет еще красивее в ней. Я сделал ее и подарил ему. Король смерти, король крови, дикий, пылкий, зверский. Мой король, властвующий надо мной с тех пор, как я умер окончательно.
Двери собора плотно закрыты, а от них тянутся мои кровавые следы. Как неакккуратно и грязно, я спускаюсь с дороги и вытираю свои сапоги об траву. Губы, подбородок и воротник рубашки тоже в крови, но это меня смущает куда меньше, чем грязная обувь. Пока я занимался своими сапогами,я и не заметил, как ко мне стали приближаться двое мужчин. Когда они смогли меня толком разглядеть, они оба практически одновременно обнажили сабли. Я понимаю, что они полицейские, и что они достаточно сумели оценить мой внешний вид, чтобы бы решить убить меня без разбирательств. Сначала я думаю, что они очень не кстати это решили, а потом вдруг понимаю, что мне как раз сегодня нужен слушатель. Я говорю им, вы хотите меня допросить. Тот, что старше пусть идет проверять, что случилось в соборе, а младший, еще свежий и даже приятный внешне, пусть меня опросит.
Лейтенант Массейс, так зовут моего полицейского, ведет меня для опроса в тюрьму. Это не близко, поэтому я говорю ему остановиться где-то недалеко от собора, но так, чтобы нам не помешали. Он сам выбирает кладбище. Я вообще не люблю этот скорбный дом духов, мне в нем до сих пор было немного не по себе. Будто бы я чувствовал Присутствие. Может быть, у меня не было бы такого ощущения, если бы я однажды сам не видел, как сотни призраков уничтожают моих сородичей, мою семью на тот момент. Но я решаю смириться с выбором моего путника. Я прокусываю себе палец и рисую кровью символ, который должен нас защитить. Я протираю гряязь с надгробия и облокачиваюсь на него. Затем смотрю на своего лейтенанта, и он приходит в нормальное состояние, здравомыслящее, за исключением того, что ему кажется правильным допрашивать меня на кладбище после всего увиденного.
Лейтенант Массейс приступает к своей работе:
- Ваше имя?
-Энгельберт Франц Реннер. Красивое имя, не находите? До сих пор для меня это одно из самых приятных сочетаний звуков. К сожалению, уже, наверное, сотню лет я называюсь другим именем– Альбенс Зейсс.
- Сотню лет? Не самое лучшее время и место для шуток.
- О, это было бы непочтительно по отношению к вам, лейтенант Массейс. Но я думаю, происхождение моего имени не главное в нашем сегодняшнем разговоре, так что давайте остановимся на Албенсе Зейссе.
- Родной город и место проживания?
- Родился на в 1514 году, в феврале, в Вене.. Долгое время я жил в Венеции, но около пятидесяти лет назад мы вернулись снова сюда. Все-таки, как говорится, «Австрия будет править миром», так что грех было бы надолго покинуть эту страну.
- На дворе 1637. Ты дурак просто иди безумец?
- Нет, мыслишь не в том направление. В конечном итоге твое обвинение будет сводится к занятию колдовством и поклонению дьяволу, возможно, так что мысли шире.
- Черт с тобой. Что еще тебе есть рассказать о себе, дурак, прежде чем мы перейдём к случившемуся сегодня ночью.
- Мне многое, что есть рассказать. Так сто хорошо, что ты спросил. Но о начальных периодах своей жизни я уже не раз рассказывал Горатриксу, так что сейчас у меня нет потребности это повторять. Я лучше расскажу тебе о самом Горатриксе. Расскажу то, что еще никогда никому не рассказывал, хотя многие это знают или догадываются и без моего рассказа.
Лейтенант Массейс хочет что-то сказать, но я останавливаю его жестом.
- И попрошу меня не перебивать. Ты, наверное, хотел спросить, кто такой Горатрикс? О том, что он глава антитрибу Тремер и о прочей его биографии я говорить не буду, придется делать слишком много отступлений для разъяснений. Но я расскажу, кем является Горатрикс для меня. Он нашел меня в период моей жизни, когда я был наиболее полон отчаяния и ярости. В ту ночь умерло два наиболее дорогих для меня человека. орландо, мой… наставник, назовем это так, был убит моим лучшим другом, Джакомо. Он до сих пор, можно сказать, жив, но в тот день он подписал себе смертный договор, предав меня. Он хуже, чем умер для меня, он – из друга, которого я любил так сильно, как только был способен, стал для меня врагом, которого я поклялся убить. В тот день окончательно умер и я. Но речь не обо мне и Джакомо. Меня забрал к себе Горатрикс, дикого, несчастного, почти свихнувшегося от ненависти ко всему. Если бы он меня не забрал, я бы встретил свою окончательную смерть. Прости, что ты, видно уже совсем запутался в моих определениях смерти, но попытайся уследить за ходом моих мыслей. Я бы точно нарвался бы, и не говорил бы сейчас с тобой, и даже не смотрел бы на тебя глазами мертвыми глазами жителей кладбища, которые сейчас смотрят на нас. Не бойся, прошу, мы под защитой. Такие как я, после окончательной смерти не существуют больше вообще. В последнее время я стараюсь себе это чаще повторять, что если бы не он, меня не было. Так вот, он помог мне справиться с моей болью. Не избавиться от нее, она, наверное, будет преследовать меня до конца моих дней, но по крайней мере притупить ее, научиться контролировать ее. Я стал спокойнее и рассудительнее, несмотря на все, чем мы занимались. Ты даже не представляешь насколько, встреть я тебя при подобной ситуации еще сто лет назад, я бы давно разодрал бы тебе глотку. Нет-нет, не доставай снова оружие, я же говорю, я изменился. Горатрикс стал обучать меня, он говорил, что видит во мне большой потенциал. Кровь, магия крови, мы управляли ей, мы купались в ней, мы трахались в ней. О, ты даже представить себе не можешь, как мы трахались, но сейчас не буду тебя просвящать во все наши извращения, но если захочешь, я расскажу тебе после. Ритуалы, символы, амулеты, заклинания, все основано на крови, и это доставляло мне такое удовольствие, какое практически мне когда-то доставляла магия, до тех пор, как я потерял возможность ей пользоваться. Я чувствовал силу и единение с Горатриксом. В какой-то момент я понял, что я все еще способен любить, и теперь Горатрикс стал для меня всем. Он был для меня воплощением силы и страсти. Он казался мне богоподобным, и мне казалось, что он восхищается мной тоже. Я чувствовал себя рядом с ним в полной безопасности. У тебя могло сложиться впечатление, будто бы он был «хорошим», хотя я уже и говорил про наши кровавые ритуалы. Он был ужасным монстром, нагоняющий страх на каждого, кто с ним общался. Перед ним приклонялись, унижались, потому что знали, что одно неверное слово, и он убьет или, что еще хуже для некоторых, подвергнет зверским пыткам, от которых многие решались рассудка. А неверными словами могло оказаться, что угодно. Я это все видел, и это почему-то , наоборот, заглушало моего внутреннего зверя. Я же для него был особенным, и он никогда не делал ничего такого, чтобы я сам не позволил ему сделать со мной.
Однажды что-то сломалось. Я неправильно что-то сделал, и он сорвался на мне. Он изрезал меня так сильно, что я, наверное, потерял всю кровь. Он держал меня в таком состояние несколько ночей. Потом он решил, что хватит, и, даже извинился. Я был в шоке и в бешенстве. Я подумал, что это безумие охватило его разум на время. Я высказал ему это, за что он снова подверг меня пыткам. С тех пор я был обязан говорить с ним также, как и остальные, следить за каждым его словом, принижаться перед ним и прислуживать. Моя жизнь стала настоящим адом. Он не объяснял причин таких перемен, да и я толком не мог его расспросить. Я не понимал и не понимаю до сих пор. Иногда он снова разговаривал со мной, как прежде, но я уже не мог ему отвечать как раньше, теперь я должен был следить за своими словами. Лучшие моменты для меня стали, когда мы снова занимаемся ритуалами, в эти моменты, мне даже иногда кажется, что вроде бы все как раньше. Но это не так. Горатрикс умер для меня, как и все остальные, хоть я его и считаю богоподобным.
Я закончиваю говорить, мне стало легче. Я, сам того не замечая, говорил как-то через чур возбужденно. Это было нехорошо, я не должен разговаривать в такой манере. Лейтенант смотрит на меня, как на сумасшедшего. Я улыбаюсь ему и разрешаю говорить.
- Я тебе не священник, чтобы ты мне тут исповедовался, и не знахарь, чтобы слушать твой безумный бред. Расскажи мне о том, что случилось в соборе.
Я вздыхаю. Я мог бы рассказать лейтенанту о том, как я убил всех священнослужителей, объяснить, что мне нужна была кровь чистых людей, но это сейчас мне не нужно. В общем, лейтенант был неплохим собеседником, и я ничего с ним не делаю. Даже не говорю забыть все, что он здесь услышал. Лишь оставляю сидеть его на кладбище до утра, более того, не стерев защиту.
Я иду к нашему с Горатриксу дому, чтобы отнести ему обещанную кровь. Перед самым домом я останавливаюсь. Я знаю, он там, наверняка, даже не один. Прислушавшись, я слышу стоны какой-то девицы. В этот момент, а точнее, наверное, еще на кладбище при моем рассказе, во мне что-то ломается. Я разверачиваюсь от дома. Я не вернусь в него больше. Я ухожу, и я вдруг понял, что Горатрикс меня не будет долго искать. Горатрикс, мой король крови, властвующий надо мной, но я постараюсь, чтобы наши пути больше не пересеклись. И я не знал, что это может оказаться так легко.

@темы: world of Darkness, Иллюзия черных носорогов, Мир тьмы, фанфик

URL
   

Протокол о вскрытие №312

главная